Всеяредакция — фильму "Тарас Бульба"!
Ты — фильм дурацкий, проклятого "Бладрейна" брат и товарищ, и самого "Во имя короля" секретарь! Какой ты к чёрту исторический епик, коли размахом да драмой и ребёнка малого не увлечёшь? Голливуд высирает, а ты пожираешь. Не будешь ты, уеболлов тайный сын, зрителей российских под собой иметь, твоего экранного времени мы не боимся, словом и кошельком будем биться с тобой, распроёб твою мать.
В каком лесу глухом ты ховался, в какой землянке от мира скрывался, что не знаешь и того, что любой пьяница знает: негоже нынче выглядеть так, будто родили тебя десять лет назад, а зачали и подавно все двадцать! Неужто не стыдно тебе, хвастун проклятый, называть себя фильмом, когда "Троя" и "Царство небесное" и лицом в сотню раз краше, и духом в две сотни сильнее? Или не понимаешь ты, Ридлискоттов свинопас, что не снимают сейчас так, как при царе Горохе снимали, не изображают добрую сечу сворой уличной, и что не машут казаки сабельками, как кухари ножами да черпаками махают?
И уж если берешься ты, срака распердоленная, якшаться с басурманскими фокусами навроде голосищи закадрового, екскурсов в прошлое и прочей, тьфу, срамоты, то следи за тем, чтобы шло это на пользу и во благо. Не будь у тебя головка хуева на месте, где нормальный люд обычную голову носит, знал бы ты, ирод, что классику литературную потребно в современную ипостась приводить, чтобы зритель, у которого в башке извилины по-другому тренькают, не охуевал до полного охуения, на главных героев глядючи. Ибо где раньше был лихой и свободолюбивый народ, тепереча толпища бандюганов и, прости господи за слово ругательное, мамлюков.
То, что ты — скотина без души и сердца в груди — сразу же в очи бросается, потому что напрасно тратишь силу повествовательную и таланты лицедейские на хересь бздячую и занудную. Не чувствуешь, блядский отрок, ритма сценарного и мовы синематографической! На кой своей же ручонкой замозоленной портишь моменты светлые, будто их у тебя до хера, а не раз два и обчелся? Кто тебе, инвалиду по рождению, музычку писал — неужто Корнелюк, ведмедем в детстве затоптанный? В какой жопе Африканской эти три мелодии звуковой дорожкой кличут? Куда ты, нехристь, двадцать мульёнов американских целковых прошироебил? Ой, возьмутся за тебя государевы люди, и как выяснится, что всплывет бюджетик на счетах забугорских — не сносить тогда тебе башки от гнева людского!
А особенно страшен гнев будет от того, что посмел ты над гордостью за землю русскую издеваться и веру нашу на смех подымать! Где же это видано, в наши-то деньки, чтобы герои, лютую смерть от руки недруга принимая, перед кончиной славною успевали речь про Россию и православие размером ажно с "Отче наш" произнести? Неужто не доходит до пустой твоей башки, всего света и под-света придурок, что ежели какие слова на письме выглядят разумно, ладно да величаво, то в жизни они иной раз токмо смех вызывают? Ах ты некрещёный лоб, мать твою ёб!
Вот так тебе Всяередакция отвечает, никчёмный! Не годен ты кинокартиною зваться – не картина ты, а мазня кривожопая! Число знаем, но тебе не скажем, месяц в небе, год в книге, а день такой у нас, какой и у вас, и за это целуй в жопу нас!
Подписали: Кошевой атаман Михайло Судаков и судья Юрий Лущинский со всем войском зрительским.
